Название: Жестокая любовь 2
Автор: Просто Маша...
Фандом:Linkin Park, Dead by sunrise
Категория: слеш
Пейринг: Райан Шак/Честер, Майк в сторонке
Жанр: романтика, насилие
Рейтинг:NC17
Описание: какого это быть трусом, любить Честера Беннингтона, которого трахает Райан Шан, какого хотеть его и при этом быть Майком Шинодой?

Говорят, со временем люди меняются, но это не так. В ту ночь я остался с Честером, я нормально не выспался, потому что приходилось спать в неудобной позе для меня, но главное, что было удобно Честеру. Всю ночь мне не давали спать мысли о нем, о Шаке, обо мне. Я думал, что он еще долго не сможет ходить, но это были заблуждения. Уже вечером на концерте он смог нормально выступать, Шак по-прежнему смотрел на него как собственник, но не подходил. После концерта я заметил, что Честер сам подошел к нему, и не прошло и нескольких минут, как они страстно целовались. Это было, как удар под дых. На это было больно и мерзко смотреть. Шак его изнасиловал, но он как верная собака все равно вернулся к своему хозяину. Я не понимал этого. Мне было интересно, а если бы я был с Честером, как бы я с ним обращался? Но я точно знал ответ. Нежно, мягко, любя, я бы отдавал всего себя, я бы дарил ему заботу и тепло.
Любовь... Как много это слово, это чувство описывают в книгах и фильмах, стихах и песнях. Но на деле это совсем другое. Везет тем, кто смог добиться своей любви, а не как я спрятался в нору. На следующий день после концерта я уехал домой, Честер поправился, и я ему был больше не нужен. Ему не нужна была больше дружеская жилетка, в которую можно поплакаться, а ему нужен был мужик, который поимеет его, который будет всю ночь его трахать, а затем утром и после концерта.

Мое сердце было разбито, самый дорогой мне человек, сам того не подозревая уничтожил меня. Он превратил меня из человека в ничто. Я больше не видел смысла существовать, мне не для кого было жить. Но я не мог покончить с жизнью, не знаю почему, но просто не мог, как будто что-то удерживало меня на этой земле.

Я хотел сбежать, из Города Ангелов, но меня удерживал Честер. Каждый раз, когда я собирался уехать, он останавливал меня, так случилось и в этот раз. Он не позволил мне уехать, приводя не значительные в тот момент для меня аргументы: «группа, друзья, работа, дом» это все сейчас не имело для меня значение. Но только последние его слова заставили меня остаться «а как же я?». И я остался, опять, снова и как всегда. Я просто слабак, что во всем ему потакаю. Запись альбома пока отложили, так как Честер не вернулся со своего тура, а половина ребят отдыхала на курортах. Только я один не мог позволить себе отдохнуть, потому что во время отдыха мои мысли занимал Честер. Не скажу, что мне это не нравилось, просто после каждой его улыбки и каждого воспоминания о его прикосновении, по телу разливалось приятное тепло. Но это только на секунду, потому что потом мое жестокое воображение вставляло ухмыляющееся лицо Шака, как его руки обнимают и сжимают Честера. Мое воображение – мой же враг. Было такое впечатление, что мое тело само пыталось меня уничтожить. Оно как будто хотело меня убить.

Я часами сидел в студии, часами там лежал, часами читал или просто старался ни о чем не думать. Лежа на полу, всегда как-то становилось легче. Часами бывала в голове просто пустота, это расслабляло, но как только смыкались глаза, возвращалось лицо Честера. Я, можно сказать, переехал в студию. Тут было все необходимое, некоторые вещи, за которыми я раз в неделю мотался домой. Родную ванну мне заменял душ в спорт зале. Питался я либо в кафе, либо фаст-фудом. Его любил Честер, а я постоянно его за это упрекал. Иногда я просто выходил на улицу и ходил по городу, не разбирая дороги, я хотел заблудиться, но ноги все равно приводили меня в студию, как на автопилоте. Когда совсем одолевала тоска, то шел в бар, давал бармену 100 баксов и телефон номера Феникса, обычно он меня забирал пьяным из баров и отвозил в студию. С утра меня встречал завтрак из 2 бутылок воды, аспирина и сигареты.

Мне нравилось курить на полу, затягивать дым, чувствовать, как легкие утопают в этой отраве, еще затяжка и мимолетные воспоминая вчерашнего дня, затяжка и снова лицо Честера.

Сегодня я пересматривал несколько наших концертов. Смотрел, что можно убрать, как рассортировать песни или что лучше добавить. Когда я понял, что мой рабочий день подошел к концу, то направился в бар. Настроение было стандартное – паршивое. Занять было себя нечем, уже все перестало интересовать.
Я старался каждый раз посещать новый бар, не хотел, чтобы мои попойки отрицательно сказались на репутации группы. Так странно, но я никогда не интересовал журналистов и простых зевак. Скромный и правильный Майк Шинода, да так и есть, кому он интересен? Всех больше волнует взбалмошный бунтарь Честер Беннингтон. Честер Беннингтон… это имя противно висело в голове. После 10 рюмок водки, я расслабился, но этого все равно было мало, чтобы изгнать эту ухмыляющуюся рожу Честера из моего воображения. Как он надоел, несмотря на всю мою любовь к нему, я не хочу видеть его.

-привет, Майк, - донесся голос сзади и через секунду его обладатель опустится на табурет рядом со мной, - пить в одиночку, это верный признак алкоголизма.

Честер. Ну почему он мне не дает побыть одному? Это называется, вспомнишь говно, а вот и оно, так кажется, говорят в какой-то стране. Ему что нельзя было выбрать другой бар? У нас в Лос-Анджелесе только один бар на весь город?

-привет, -только сказал я.

-хватит пить, пойдем, повеселимся, - Честер был в ударе, он не мог усидеть на месте, я заподозрил что-то не ладное.

-ты что принимал?, - я спросил его, хватая за руку.

-ничего, - сказал он, заливаясь смехом.

Мелькнула вспышка от освещения, и я заметил его расширенные зрачки, черт, он под кайфом.

-ты обдолбан! Ты меня уже достал! , - я кинул его руку, - знаешь, пожалуй, я слишком долго с тобой мучился, заботился о тебе, мне все это уже надоело, пока, - я схватил свою куртку, которая висела на спинке моего табурета, пошел по направлению к двери, но сильные руки прижали меня к груди, и в нос ударило резким запахом сигарет и алкоголя.

-ооо, Шинода, ты куда собрался?, - это оказался Шак, мне всегда было противно его присутствие, а тут он еще и пьяный, и воняет ужасно, - Чези Чез, говорил какой ты хороший, пошли, отдохнем.

-отвали, Райан, иди сам со своим Чези Чезом, - я передразнил манеру Шака называть Честера по прозвищу, - твой обдолбыш около стойки сидит, а мне домой надо.

-нееее, Шинода, ты отдохнешь с нами, -он резко развернул меня в сторону приватных комнат, которые каждый использовал по своему, кто пил там тесной компанией, кто занимался сексом, там были предусмотрены кровати за отдельную цену.

-Райан, убери от меня свои руки, - я скинул их, если бы он хотел подраться, то я был бы не против. Хоть он и больше, и, наверное, сильнее меня, пусть мне и досталось бы сполна, но я был только «за» за драку.

-ладно – ладно, Шинода, только не веди себя, как долбанная монашка, - уйти от них так и не удалось и мы пошли к бару.

Честер виновато смотрел на меня, но это выражение лица быстро сменилось улыбкой. Последнее, что я помню – это большое количество алкоголя, перед тем, как я отрубился, море алкоголя и самого разнообразного. Проснулся я уже на кровати, широкой кровати, все вокруг было в приглушенных красных тонах, я хотел пошевелить руками, но мне это не удалось, они оказались привязаны к спинке кровати и разведены в стороны. Голова кружилась, но постепенно я начал понимать, что нахожусь в той самой интим комнате, куда первоначально меня тащил Шак. Меня удивило только одно, почему я связан? Когда я в полной мере смог думать, то заметил Шака и Честера, целующимися на другой стороне кровати.
-это все твои тупые шуточки, Шак? Развяжи меня!, - я хотел пнуть их ногами, но в последний момент передумал.

-ммм, а вот и Майки Майк проснулся, привет спящая красавица, - он говорил ласково и насмешливо, погладив меня по лодыжке, запустив руку под штанину. Я одернул ногу, повезло, что они не привязаны. И что за дебильная привычка, так называть людей?

-РАЗ-ВЯ-ЖИ МЕ-НЯ! , - сказал я ему по слогам, надеясь, что так до его тупой головы что-то дойдет.

-не злись, Майки Майк, тебе понравится,- он провел рукой по телу Честера, задирая его футболку,- хочешь его? Знаю, что хочешь и всегда хотел, но он выбрал меня, - он укусил его куда-то в область шеи, от чего тот прогнулся в спине от удовольствия, - как вы меня всегда раздражали, когда ходили оба, такая сладкая парочка, тошно смотреть, эти ваши «Чести и Майки», от них хотелось блевать, - он поморщился, - ему, - он ударил ладонью по ягодице Честера, - нужен настоящий мужик, который будет трахать его, а не сюсюкаться. Ты не в его вкусе, ты слишком… милый.

Я молчал, я понимал, что сказать мне нечего в свое оправдание. Да и оправдываться глупо, потому что в большинстве вопросов он был прав, он был прав, даже он это заметил, но Честер не хотел замечать очевидного.

Честер начал скулить и просить «еще…еще…еще» я сначала не понял, что ему было нужно, но когда Шак положил себе в рот таблетку и передал ее Честеру через поцелуй, то все стало понятно. Экстази… боже, во что опять втянул его Шак, он смог завязать, а этот придурок его снова подсадил на эту дрянь.
-у тебя есть с кем спать, развяжи меня, не хочу на это смотреть, - это было действительно жалкое зрелище, как Честер подставлялся под ласки и терся о член Шака. Я понимал, что он под кайфом, но я не смог перебороть это отвращение.

-неееет, - злобно протянул он, - у меня запланировано кое-что поинтересней.

-клево, только меня отпусти, и я оставлю вас и не буду мешать, - мне не хотелось находиться с ними в одной комнате.

-я же сказал «нет», - он отошел от Честера и тот безвольной куклой с улыбкой на губах, лежал на кровати.

Шак приближался ко мне, в его глазах горел огонь страсти, и он мне не понравился, он сел рядом со мной, и, не отрываясь, смотрел мне в глаза, в них было что-то злобное и отталкивающее, он сжал мое горло, не давая отвернуться, и прошептал на ухо, - сегодня я поимею второго, из этой сладкой парочки.
Я понял, что он имел в виду. Он хочет меня. Как только до меня дошел смысл сказанного, то я сразу попытался вырваться, но наручники (только сейчас я заметил черные плюшевые наручники) не давали мне такой возможности. Я испугался, я знал, что Шак не упустит такой возможности, он не только трахнет, но и покалечит меня.

-не пытайся вырваться или кричать, все равно не услышат, - он коварно улыбнулся и хотел стянуть с меня футболку, но понял, что из-за наручников ему это не удастся сделать. Его это не сильно огорчило, - сейчас мы узнаем, что под этими шмотками скрывает Майк Шинода, - он разорвал на мне футболку, с такой легкостью, будто разрывает листок бумаги, - а ты ничего, твоя смуглая кожа заводит, - он провел руками по груди, а потом начал расстегивать ремень, справившись с ним, он снял с меня кеды и носки, отбросив их в сторону, он стягивал с меня резко штаны вместе с боксерами, будто я ничего не весил, когда с одеждой было покончено, он облизнулся.

Мои щеки покрыл румянец, мне было стыдно за свой вид.

-что ты краснеешь, как девственница?, - его заводила вся эта ситуация.

Он поднялся к моим губам, но не коснулся их, а только начал целовать шею, грудь, он больно прикусил сосок, отчего я вскрикнул, языком провел по животу и поставил укус в сантиметре от члена.

-хм, я придумал, как позабавиться, - он развернулся и поцеловал страстно Честера, отчего тот, который до этого качал головой, в такт играющей в основном зале музыке, оживился, -Честер, - он гладил его тело, - хочешь незабываемую ночь? Смотри, кого я для тебя приготовил.

Честер повернулся ко мне, ему потребовалось несколько секунд, что бы понять, кто находится перед ним.

-Майк, - он пытался сосредоточиться на моем лице, - а ты что тут делаешь?

-Он сегодня решил с нами поиграть, ты не против?, - Шак погладил Честера по голове. Тот отрицательно покачал головой.

-а теперь я хочу, что бы ты его подготовил для меня, - Честер посмотрел на меня, а потом на Шака, тот только улыбался.

-но я не хочу его, -Честер ближе придвинулся к Шаку.

-если ты не будешь первым у него, тогда я его просто разорву, тебе выбирать, Чези Чез.

-Честер, не делай этого, - я смотрел на него пока тот стягивал одежду, -это же я – Майк, остановись.

Но Честеру уже было все равно, потому что Шак дал ему еще одну таблетку. Дальше все идет быстро и одновременно медленно, кадры сменяются один за другим. Шак рукой приводит его член в готовность, а потом он подползает ко мне. Он, наверное, даже ничего не понимает, не понимает даже кто я.
Он неловко целует меня в область шеи, трется своим членом о мой. У меня по телу разливает тепло, и я начинаю возбуждаться, он целует меня куда угодно, только избегая поцелуя в губы. Мне приятно, взгляд Честера затуманен.

музыка marilyn manson-sweet dreams

Он усаживается между моих ног, я пытаюсь их сжать, но Честер проводит рукой по внутренней стороне бедра, а Шак улыбается, но это не улыбка - это хищный оскал, он в предвкушении, когда же войдет в меня.

-Честер, остановись, прошу… - последняя попытка образумить его, но он, кажется, не слышит, он сейчас существует только в своем собственном мире, который создали для него наркотики. Широко разводит мои ноги, плевок на ладонь, растирает по члену и начинает медленно входить, это у него получается не с первого раза. Чувствуется только боль, сильная боль. Но когда он входит полностью, то становится немного легче от этой пытки с введением. Он двигается в непонятном мне ритме, глаза закрыты, губы приоткрыты, похоже, по его выражению лица, будто он себе дрочит, но при этом не забывает двигаться во мне, это больше похоже на какой-то танец. Он ласкает мой член руками, двигая бедрами и стараясь глубже войти в меня. Спустя какое-то время он доводит меня до оргазма, и я изливаюсь себе на живот, а через пару фрикций он кончает в меня. Я чувствую его сперму в себе, теплая и тягучая, она стекает к копчику.

-я люблю тебя…-произношу я, он только улыбается, и целует меня в щеку и шепчет «Майк».

Шак подходит к Честеру и за затылок наклоняет его к моей дырочке.

-вылижи, не хочу трахать его, когда он такой, - Честеру уже все равно, что он делает и с кем. Он охотно вылизывает края, немного проникая внутрь, это очень приятно. Когда он закончил, то Шак оттолкнул его, Честер уже лежит где-то у нас в ногах, он довольно улыбается и стонет какую-то песню.

-Майки Майк, какого это, когда тебя трахает твой лучший друг?

-ты урод.

Пощечина, не столько сильная, сколько это унизительно. Он, не задумываясь, резко входит в меня, я выгибаюсь в спине, мне очень больно, это слишком больно, это унизительно больно. Он приподнимает меня за бедра и размашисто входит в меня, он разрывает меня, приходится кусать губы, что бы только не кричать. Он собирает пальцами мою сперму, и заставляет другой рукой открыть рот и облизать его пальцы, я это делаю, но напоследок больно кусаю его палец. Сильный удар в район брови. Теперь чувствуется пульсация не только в заднице, но и брови, она, наверное, разбита. Шак ускоряет темп, мне трудно дышать. Я не возбужден, мне противен Шак, мне противно все. Сильный удар снова по моему лицу, но этот раз рот наполнился кровью из разбитой губы. Шак меняет угол, под которым трахает меня, теперь мне кажется, что я знаю, что значит выражение «рвать на части», мне жутко больно. Его руки кажутся повсюду, такие большие и противные, они оставляют синяки и следы на моем теле. Напрягаются мои руки, и я пытаюсь отодвинуться от Шака, но он только сильнее вдалбливается в меня. Наручники больно врезаются в косточки у основания запястий, больно сухожилиям и венам. Шак долго меня мучает, дольше, чем Честер. Он кончает, это так противно. Он быстро одевается и расталкивает Честера из его транса, тот одеваясь, постоянно смотрит на меня, такого жалкого и униженного. Кажется в его взгляде сочувствие или непонимание.

-Майк, -звучит сочувственно из уст Честера. Он произносит мое имя на выдохе.

Шак выталкивает Честера из комнаты, а сам снимает с меня один наручник, кидает ключ мне на грудь, что бы дать себе, если что фору, хотя отлично знает, что я просто не смогу быстро подняться.
-пока, Майки Майк, -очередная пощечина.

музыка Evanescence -My immortal

Они ушли.
Ушли, оставив меня таким. Отстегнув второй наручник, я понял, как больно двигаться, как затекло тело, как мне было неудобно. Я через боль подтянул колени к груди, обхватив их руками, я чувствовал, как сильнее трескается и рвется моя изнасилованная задница. Но это было не важно, в такой позе я чувствовал себя защищенным, как в собственном маленьком мирке.
Я ненавидел всех и вся, как Честер мог так поступить? Даже под наркотиком он понимал, кто я… он понимал это, но все равно делал то, что говорит этот моральный урод…я ненавижу его… да, я хотел спать с Честером, но не в такой обстановке, без участия Шака… я был готов отдаваться Честеру, но лишь бы быть с ним… эти пощечины Шака, это удары по остаткам гордости, самолюбию, достоинству… достоинство, я лишился его всего и без остатка, когда меня изнасиловал Шак… Этот противный прокуренный запах от его тела, наверное, никогда не смоется с меня, как же он противен… я ненавижу…. Ненавижу… ненавижу его… я кричал от несправедливости, кусая сильнее губы, отчего мой рот наполнялся кровью и я глотал ее, начинало тошнить… Почему Честер с этим ублюдком!!! Почему??? Почему??? Это не честно… «Я не хочу его», слова, сказанные Честером, это так обидно, я ему противен, только благодаря таблетке и жалости он переспал со мной… почему я так противен и ничтожен? Почему меня хотят миллионы, но только не он???!!! Это нечестно!!!! Все тело ломит и болит…наверное это жалкое зрелище, рок звезда, как нас называют журналисты, изнасилованная рок звезда, которую хорошо поимели в зад, вот была бы потеха для журналюг… мне было противно прикоснуться к своему телу, зная что его использовали как секс игрушку…. Я противен сам себе…Я пока не мог идти домой, и не мог идти в студию, я вообще не мог идти, мне было больно. Я плакал, закрыв лицо руками… хотелось кричать и орать, ни от отчаяния или печали, а от боли… Честер, его лицо всплывает в моем воображении, но сейчас я не пытаюсь отогнать эти мысли… они, как спасательный круг… улыбающийся Честер, его озорная и детская улыбка, нахальные и добрые глаза… я кричу, давясь слезами, но мой крик никто не услышит… сознание начало убирать эти образы Честера из моей головы, когда он мне был так нужен… «нет, нет, нет» я шептал в пустоту, обращаясь к моему внутреннему «я», я хотел вернуть образ Честера… я по-прежнему его люблю… люблю… люблю…

* * *
музыка 3 doors down – Landing in london

Дождь…
Такая пасмурная погода. Многим нравится дождь, он действительно прекрасен. Он не зависит ни от кого, он никому не подчиняется, он сам по себе… такой свободный и независимый… раньше, во времена работорговли, все было по-другому… это для нашего времени дождь – противные осадки, которые только создают грязь и слякоть на улицах… а для них это было – счастье… только во время дождя они могли почувствовать себя свободными, только тогда они могли отдохнуть…
Парк Линкольна…
Такой есть, наверное, в каждом уголке США, да, конечно же, есть… проходят мимо люди, спешащие на работу, или по своим делам… дождь не перестанет идти еще несколько часов… тучи заволокли небо… несколько бездомных в парке, которые спали на лавках, отчаянно пытаются укрыться под кронами деревьев или на остановках… люди укрываются своими кейсами, газетами или пакетами, что бы только спастись от дождя… некоторые дети снимают обувь и прыгают под дождем, радуясь этому мгновению… мальчик подходит к скамье, на которой лежит одинокая газета, он попытается сделать из нее кораблик… она промокла, но для ребенка это ничто… кораблик готов, но он скоро распадется, а пока он отправится в дальнее путешествие по лужам, возможно, он рухнет, а возможно, он совершит большое путешествие, кто знает… кораблик опускается на воду, и уверено плывет… на кораблике, изображена главная статья, «Как умирают Рок Звезды»… половина слов уже размыто, но что-то удается разобрать «покончил с жизнью вокалист известной группы Linkin park»… дальше ничего невозможно разобрать только последние строчки «было найдено прощальное письмо ….
«Простите все…
Я не смог себя простить…
Я понял чего стоит наша дружба… »
Кораблику не интересно, кто эта Рок Звезда, ему ничего не интересно, он плывет себе, ничего не зная и ни о чем не переживая, подчиняясь законам физики… скоро и его путешествию придет конец, когда он развалится или его смоет в канализацию…